Любая идея, остающаяся только идеей и никак не применяемая на практике, неминуемо вырождается. К сожалению, так произошло и с сатанизмом- а вернее, с сетевым неосатанизмом, который нежданно-негаданно превратился в этакую атеистическую схоластику. Причём мёртвую и абсолютно оторванную от реальности.

Что есть философия в изначальном понимании этого слова древними? Прежде всего мудрость, которая помогает жить; практическое приложение разумных выводов, а не просто интеллектуальные игры как самоцель. Точно такой же должна быть и сатанинская философия- практикой и ещё раз практикой, во всех сферах изменяющей существующую реальность.

Вырождение понимания Сатаны прогрессирует до сих пор. От средневекового Сатаны с рогами и копытами мы приходим к Сатане-силе природы, Сатане- эгрегору; и наконец, как апофеоз маразма, Сатане-обозначению совокупности некоторых идей атеистической философии. Иными словами, чем дальше в неосатанизм, тем меньше в нём Сатаны; вплоть до того момента, пока Сатана не исчезает вообще, превратившись из живой, тёмной, личностной сущности в мёртвый термин.

Вообще, поражает узость мышления так называемых «разумных» неосатанистов. Весь этот пресловутый «анхуманизм», по сути, заключается в щенячьей эйфории от того, что человек способен, оказывается, к абстрактному рассуждению. При этом совсем не принимается во внимание, что сам разум- человеческое, слишком человеческое; и иррациональное- тоже часть существующего миропорядка, причём значительная.

В свете этого даже смешной по сути образ рогато-копытного Сатаны способен оказаться истинным. Например, представим себе, что навозные черви обладают сознанием, и начинают рассуждать о проблемах бытия. Вселенная в их представлении- куча навоза, ограниченная агрессивной средой. Существует два представления о происхождении этой вселенной. Некая религиозная секта считает, что она была сотворена высшим существом с рогами и копытами. Официально признанная наука, конечно же, отвергает этот несерьёзный креационизм, утверждая, что навозная вселенная возникла самопроизвольно по неким «естественным причинам» в результате Большого Навозного Взрыва. Всё это поясняется разумными, логическими теориями и математическими выкладками; но между тем для нас, людей, очевидно, что права как раз вышеупомянутая религиозная секта, поскольку вселенная навозных червей сотворена рогато-копытной коровой; высшим по отношению к червям существом, которое они не могут воспринять опытным путём из-за неразвитости своих органов чувств и того факта, что корова существует на ином уровне бытия. Я не говорю о том, что следует полностью отказываться от логического рационализма - это, конечно, неправильно. Но надо отдавать себе отчёт в том, что бытие вообще гораздо шире и многоплановей, чем бытие, доступное разумному познанию. А потому делать упор исключительно на рационализме столь же ошибочно, как и основываться только на вере в абсурдное. Вот в чём проблема; а не в том, личность Сатана или же нет- нам надо сделать попытку подняться надо всеми проявлениями человеческого, в том числе и над человеческим разумом.

Если рассуждать вообще, то спор традиционалистов и неосатанистов о личностном-безличностном Сатане не имеет смысла, потому как правыми могут быть те и другие одновременно. То есть личность Сатаны может быть безличностна в нашем понимании, и его безличностность- личностна; в том смысле, что всё это нечеловеческое, и потому в любом случае находится вне рамок наших представлений.

И всё же разница в подходе значительна. Нечеловеческая сверхличность- это, во всяком случае, цель, достойная того, чтобы к ней стремиться; безличный Сатана таковой целью не является, и толку от него так же много, как от настолько же безличного метеорита, болтающегося в районе Альфы Центавра, то есть никакого. Стремление к безличности- это, по сути своей, регресс; безличны низшие природные формы, и отождествив с ними Сатану, мы, фактически, утверждаем доминат низшего и нашу связь с низшим.

А потому мы, традиционалисты, выступаем за личностного Сатану с метафизическими рогами и материальными копытами. Что это означает? Первое. Понимание сатанизма как совокупности рационального и иррационального. Второе. Понимание сатанизма как высокой философии и одновременно реальной практики. Третье. Понимание сатанизма как внутренней связи с высшей, нечеловеческой сверхличностью и практическое уподобление таковой. Наш путь- это единство совершенствования материального и духовного; а ни в коем случае не одни бесплодные рассуждения об этом самом совершенствовании.

Сатанизм как ученье есть мощное оружие, которое потенциально способно переменить облик современного мира с одной стороны, и внутренне видоизменить самого человека- с другой. Это оружие должно быть применено, коль скоро сатанизм представляет собой, как оно на самом деле и есть, нечто большее, чем бесконечные и изрядно всем надоевшие рассуждения сетевых анхуманов.

Нам не нужен сатанизм лавочников, основанный исключительно на расчёте и здравом смысле. Помимо разума, в сатанизме должна присутствовать и значительная доля подлинного нечеловеческого безумия; или если хотите, сверхразума. Только при этом условии мы сможем в совершенстве выразить всё то, что нам хотелось бы выразить. Иными словами, разумной, логически законченной сатанинской философии не помешала бы в качестве дополнения хорошая доля адского пламени- как эмоциональной силы и интуиции, являющихся пищей для логического анализа. Сатану следует извлечь из метафизических дебрей и вновь поставить на материальные копыта. Только при этом условии Сатана сможет войти в нашу реальную жизнь и радикально переменить её в соответствии с нашими принципами. Если же мы не сделаем этого, то сатанизм будет обречён- как и всё, практически бесполезное и являющееся исключительно умствованиями.